Богослужение 02 августа 2015 года. Хлебопреломление

В начале собрания молодежный хор пропел хвалебные псалмы. Затем за кафедру с напутственным словом перед совершением Хлебопреломления, вышел пастор Павел Николаевич Смирнов. В Послании к Коринфянам, в 11-й главе, апостол Павел разъясняет суть Вечери Господней и правила участия в ней. Вечеря Господня должна была служить напоминанием о величайшем акте самоотречения - смерти Христа ради спасения людей. Хлеб - это прообраз тела Христа, которое Он взял на Себя самоотверженно и добровольно и также добровольно претерпел его распятие на кресте - ради блага людей. Вино служило горьким и вместе с тем ярким напоминанием о Христовой крови, без пролития которой не могли бы быть прощены грехи, и посредством которой совершилось очищение и были установлены новые взаимоотношения людей  с Богом.
Павел говорит о тех, кто недостойно ест этот хлеб и пьет это вино. Это значит, что человек не осознает значения этих символов, что он ест и пьет без всякого благоговения, не понимая, символом какой великой любви, является то, что он ест и пьет, и какие обязательства это на него накладывает. Также каждый, в сердце которого ненависть, горечь и презрение к своему собрату, придя к столу Господа, ест и пьет недостойно.

После этого прошло Хлебопреломление; Сергей Семенов и Джульетта Родионова прочитали стихотворения; Василий Смирнов рассказал о походе церковной молодежи в горы Абхазии.

Вторую проповедь, на Евангелие от Луки 10:25-37, говорил проповедник Нодарий Саркисович Мангасаров. В этом отрывке Иисус рассказывает известную притчу о добром самарянине. Жертва ограбления (скорее всего еврей) лежала едва живая на дороге в Иерихон. Проходивший случайно тут священник прошел мимо: вероятно, он сам боялся подвергнуться участи ограбленного. Господь ставит на первое место в рассказе священника, потому что священники должны были служить примером исполнения закона вообще и закона милосердия в частности.
Левиты также принадлежали к числу учителей народа, но и левит, посмотревший на раненого, также ушел своею дорогою, не сделав ничего для несчастного.
Только Самарянин, человек, которому, казалось, совсем не следовало бы заботиться об иудее, хотя бы и раненом, сжалился над несчастным. Он перевязал ему раны, возлил на них, вино и елей и, посадив его на своего осла, привез в гостиницу. На другой день, уезжая, он поручил раненого заботам хозяина, дав при этом ему немного денег – два динария, в надежде скоро опять вернуться и тогда уже совсем рассчитаться с хозяином.
В рассказе о милосердном самарянине Господь имел целью показать на великую бездну, разделяющую знание и действие. Тот, кто спрашивал: «Кто мой ближний?» кто желал для себя предварительно полного изложения обязанностей к ближнему, тот обнаруживал тем самым, как мало он понимает любовь, сущность которой состоит в том, что она не знает никаких пределов, кроме своей невозможности идти далее.